Властелин Колец онлайн

Фродо пробудился на диво свеж и бодр. Он лежал под густой сенью склонённых почти до земли тяжёлых ветвей; на постели из душистой травы и папоротников было мягко и уютно. Солнце просвечивало сквозь трепетную, ещё зелёную листву. Он потянулся и проворно выпрыгнул из своего живого шалаша.

Сэм сидел на траве у лесной опушки. Пин разглядывал небо и прикидывал погоду. Эльфы ушли.

— Фрукты, питьё и хлеб они нам оставили,— сказал Пин.— Давай, завтракай. Хлеб ещё совсем свежий. Я бы и без тебя всё слопал, да Сэм прямо изо рта рвёт.

Фродо уселся возле Сэма и принялся за еду.

— Ну, и какие планы на сегодня? — поинтересовался Пин.

— Как можно скорее дойти до Забрендии,— отвечал Фродо, уписывая за обе щёки.

— А Всадники сегодня покажутся, как по-твоему? — весело спросил Пин к неудовольствию Фродо.

Под утренним солнцем его не слишком пугала даже перспектива повстречать не одного всадника, а целый отряд.

— Возможно,— сухо сказал Фродо.— Хорошо бы до реки добраться, чтоб они не заметили.

— Ну, а Гилдор тебе про них что-нибудь объяснил?

— Так, кое-что, намёками да загадками,— уклонился Фродо.

— Ты спросил, почему они нюхают?

— Мы в подробности не входили,— сказал Фродо с набитым ртом.

— А надо было. По-моему, это самое главное.

— Коли так, то Гилдор тебе слова бы лишнего не сказал,— отрезал Фродо.— И вообще, оставь ты меня в покое! Я, может, не хочу болтать за едой! Я, может, подумать хочу!

— Это за едой-то? — удивился Пин.— Много надумаешь! — Он встал и пошёл поразмяться.

А Фродо и вправду думал: что утро яркое, даже чересчур яркое, в самый раз для погони. И о словах Гилдора. Но его невесёлые думы разогнал звонкий голос Пина. Он бегал по опушке и весело пел.

«Нет, я не могу! — решил про себя Фродо.— Одно дело — позвать их с собой на прогулку через Хоббитанию — устанут и проголодаются, тем приятнее будет поесть и поспать. А на чужбину, голодать и мучиться — нет, не возьму я их, даже если и захотят. Мне оставлено, я и в ответе. Даже Сэма, и того не стоит».

Он посмотрел на Сэма Скромби и встретил его взгляд.

— Ты что, Сэм? — спросил он.— Что смотришь? Я ведь ухожу из Хоббитании, ухожу сразу, как смогу. Теперь, пожалуй, в Балке и дня не задержусь.

— Ну что ж, сэр!

— А ты со мной, что ли?

— Конечно.

— Опасное это дело, Сэм. Очень опасное. Вернуться живым почти и надежды нет.

— Тогда уж и я с вами не вернусь, сэр, чего там,— сказал Сэм.— Они мне: «Ты смотри, его не бросай!» А я им и говорю: как же, сейчас брошу, дожидайтесь. Да я с ним хоть на луну отправлюсь, и пусть только эти, как их, Чёрные Всадники, встанут поперёк: будут иметь дело со Скромби, не обрадуются. А они в смех.

— Да кто они, ты о ком говоришь?

— Эльфы, сэр. Ночью был разговор. Они-то, похоже, знают, что вы уходите. Ну, я спорить и не стал. Ох, сэр, что за народ! Ну и ну! Дивный народ!

— Да, народ дивный,— согласился Фродо.— Ну, вот ты на них теперь поглядел — понравились они тебе?

— Да как сказать, сэр,— задумчиво отвечал Сэм.— Выше они моих «нравится» — «не нравится», одно слово. Выходит, совершенно неважно, что там я себе о них думаю. Но они совсем не такие, как я ожидал. Древние — а при том юные, весёлые — и вроде бы печальные,— поди-ка разберись.

Фродо изумлённо поглядел на Сэма, будто и в нём ждал странных перемен. Говорил не тот Сэм Скромби, которого он знал,— а с виду тот самый, только что лицо необычайно задумчивое.

— Так зачем же тебе уходить из Хоббитании, раз ты их повидал? — спросил Фродо.

— Да понимаете, сэр, с этой ночи я какой-то другой. Вроде как предугадываю, что ли. Знаю — путь долгий, ведёт в темноту... а назад нельзя. Эльфы, драконы, горы — это всё, конечно, здорово... да мне-то не за этим надо с вами идти. Тут штука-то в чём? Мне ведь, прежде чем всё кончится, обязательно что-то сделать надо, и это впереди ждёт, и не здесь, не в Хоббитании... если вы понимаете, про что я толкую.

— Нет, не понимаю, Сэм. Но Гэндальф, кажется, выбрал мне хорошего спутника. Ладно, пойдём вместе.

Фродо молча покончил с завтраком. Потом встал, огляделся и позвал Пина. Тот прибежал немедля.

— Пора выходить,— объявил Фродо.— Заспались мы, а путь неблизкий.

— Это ты заспался,— сказал Пин.— Я-то давно проснулся; мы только и ждали, пока ты кончишь есть да размышлять.

— Вот и кончил. Нам надо как можно скорей к Зайгородному парому. Только делать крюк и возвращаться к дороге, с которой мы вчера сошли, я не собираюсь. Срежем напрямик.

— Напрямик — это лететь надо,— отозвался Пин.— Пешком пути нет.

— Найдём,— сказал Фродо,— проберёмся. Паром к востоку от Лесного Предела, а дорога забирает влево — вон там, видите? Она обходит Мариши с севера и упирается в Брендидуинский тракт за Стоком. Петля в несколько миль. Так что если пойдём прямо, то срежем на четверть.

— Дольше едешь — дальше будешь,— возразил Пин.— Местность трудная: болота, бездорожье,— Мариши, одно слово. Я же здесь бывал. А если ты насчёт Чёрных Всадников, то с ними разницы нет — что на дороге, что в лесу или в поле.

— В лесу и в поле легче спрятаться,— заметил Фродо.— Ждут нас на дороге, а в стороне, глядишь, и разыскивать не будут.

— Ладно! — согласился Пин.— Пойдём прыгать по кочкам: ты впереди, мы за тобой. Но это жестоко! Я рассчитывал очутиться до заката у «Золотого Шестка» в Стоке. Лучшее пиво в Восточном уделе. Было, во всяком случае. Давно я его не пробовал.

— Тогда и спорить не о чем,— решил Фродо.— Дольше едешь — дальше будешь, но в кабаке и вовсе застрянешь. Ишь ты, нацелился на «Золотой Шесток». Нет, нам бы успеть до заката к парому. А ты что думаешь, Сэм?

— Я-то что, я как вы скажете,— вздохнул Сэм, вопреки собственным дурным предчувствиям и глубокому сожалению о лучшем пиве Восточного удела.

— Стало быть, договорились, пошли в болото и колючки,— заключил Пин.

  • Жарко было почти как вчера; но набегающие с запада облака грозили дождем. Хоббиты спустились по крутому травянистому склону и нырнули в заросли с расчетом обойти Лесосечку слева, срезать наискосок лесом, который жался к восточному склону холмов, и выйти на открытое место, а уж оттуда — напрямик к парому через поля, где не было никаких преград, кроме нескольких канав и изгородей. Фродо прикинул, что по прямой это будет миль восемнадцать.
  • Вблизи заросли оказались куда гуще, чем виделись издалека. Никакой тропы не было, путники шли наобум, продвигаться быстро не получалось.
  • Пробравшись к речке, они увидели глинистые обрывы, с которых свисали колючие плети ежевики. Река преграждала путь: чтобы перейти через неё, надо было измызгаться, исцарапаться и вымокнуть. Хоббиты остановились, прикидывая, как быть.

Властелин Колец онлайн.